лотерейный билет «Завтрак у Президента» и дождаться результатов ближайшего розыгрыша. Десятерых счастливчиков приглашали в Белый дом к девяти утра в день, указанный на билете. Если кто-то не приходил, в качестве замены специальная служба выбирала какого-нибудь зеваку из толпы за оградой. «Заместители», понятное дело, были все подставными — ведь не приглашать же и вправду первого встречного. Выигравших в лотерею можно проверить заранее, а вот случайных… мало ли что, вдруг попадётся какой-нибудь психически неуравновешенный или вообще — террорист…
Сегодня в парадной столовой вкушали овсяные и кукурузные хлопья очередные десять счастливчиков: чета фермеров из Айовы, студент из Гарварда, строитель из Мичигана, школьница из Небраски, отставной полицейский из Вашингтона и еще четверо каких-то не то музыкантов, не то артистов, не то вообще безработных — их имена и профессии попросту вылетели у президента из головы по окончании мероприятия. В течение всего завтрака он балагурил, шутил, рассказывал подготовленные спичрайтерами истории, словом, вовсю изображал «своего парня». К концу встречи гости настолько расслабились, что позволяли себе не только перебивать главу государства, но и фривольно хлопали по плечу, делали селфи, а пожилая фермерша даже слегка потрепала его шевелюру… Президент стоически терпел эту пытку. А что ещё оставалось делать, если подобный спектакль собирал у экранов едва ли не половину всех избирателей, как республиканских, так и демократических? Причем, совершенно неважно, что до следующих выборов целых два года. Важно, что будущую победу надо ковать заранее…
— Ну, что у нас сегодня плохого? — президент хмуро взглянул на усевшегося в левое кресло директора Национальной разведки.
Коутс пожал плечами и перевел взгляд на занявшего правое кресло председателя ОКНШ:
— Плохое, конечно, присутствует, но, я полагаю, сперва надо поговорить о хорошем. Не так ли, Джо?
— Согласен, — кивнул генерал. — Первая хорошая новость: обе авианосные группы вышли на связь и докладывают, у них всё в порядке. Вторая новость: на Кубе сопротивление по факту подавлено. Полностью зачищены Лас Тунас и Пуэрто Падре. Остатки противника заперты в Мансанильо и Сьерра-Маэстро. Их ликвидация — дело нескольких дней. Третья новость — это…
Данфорд неожиданно замолчал и посмотрел на «разведчика», словно прося поддержки.
— Ну? Что третье? — не выдержал президент.
— С третьим не очень понятно, то ли к хорошему отнести, то ли к плохому, — продолжил за генерала Коутс. — Большие, очень большие проблемы у наших заклятых друзей китайцев, а также у европейцев, индусов и частично у русских.
— Это именно то, что я думаю? — поднял бровь Трамп. — То, о чём истерили с утра CNN и Fox News?
— Да, именно это. Новые масштабные сдвиги. Первый случился в Москве примерно в полдень по-местному, мы узнали о нём в районе шести утра. В семь пришла информация по Китаю, в половине девятого — по Европе. Волна, аналогичная майской, только растянутая по времени. Точных сведений, сколько произошло сдвигов и где, у нас пока нет. На эту минуту достоверно известно только о тридцати шести, но данные обновляются каждый час, так что… — Коутс развёл руками, давая понять, что на этом у него всё.
— А что у нас?
— У нас, слава богу, всё в норме. На территории Штатов сдвигов не зафиксировано.
— И это ещё одна хорошая новость, — вмешался Данфорд.
— Да. Но радоваться пока рано. Возможно, волна до нас просто не докатилась.
— Но если докатится, то…
— Будет весело, — криво усмехнулся «разведчик».
— Что предлагаете?
— Предлагаю объявить красный уровень угрозы национальной безопасности, со всеми вытекающими.
— Уверен? — президент испытующе посмотрел на Коутса.
— Да. Абсолютно.
Трамп встал, застегнул пуговицу на пиджаке и потянулся за телефоном.
— Ну что ж, надо, так на…
Договорить президент не успел. В Овальном кабинете внезапно погас свет, а через пару секунд, когда он снова включился, на улице и со стороны коридора громко завыла сирена.
Хозяин Белого дома отодвинул массивное кресло и подошёл к окну.
— Что за… факин шит?
Снаружи стоял туман. Тёмный и плотный, как в сумерках.
— Докатилась, — тихо пробормотал директор Национальной разведки…
Куба. Провинция Гавана (20.12.2019 г.)
С холма, где укрывался отряд, отлично просматривались и автострада Насьональ, и шоссе к побережью, и гаражи сельскохозяйственной коммуны Тапасте. «Товарищ Рамон» не зря выбрал для временной дислокации именно это место. Западный край природного парка Эскалерас-де-Харуко изобиловал не только густой растительностью, но и многочисленными карстовыми пещерами, соединенными между собой и позволяющими скрытно перемещаться в любую сторону вне взоров противника.
Восемь спецназовцев из «Avispas Negras» и шестнадцать уже понюхавших порох «обычных» бойцов ожидали возвращения двух разведчиков, отправленных к пригородам Гаваны ещё в середине ночи. Две пары дозорных внимательно следили за тростниковыми зарослями у подножия. Полуденное солнце с трудом пробивалось сквозь тропическую листву, под её сенью всегда царил полумрак, влажный и душный, заставляющий обливаться потом даже в ночную прохладу, а уж про время сиесты и говорить нечего…
— Ну, у вас и жара.
— А разве у вас не жарче?
— В тени — нет.
Девушка подняла бинокль и принялась в очередной раз осматривать дальний склон. Хорхе занялся тем же. В пару с Кармелой его ставили регулярно, и он этому не противился. Венесуэлка появилась в отряде месяц назад вместе с тремя соотечественниками. До Кубы они добирались долгим путем — через Гаити, Ямайку и Каймановы острова. На вопрос, почему не остались на родине, все четверо ответили одинаково: «Нам нужен боевой опыт».
Хорхе девушка нравилась. Она напоминала ему погибшую в октябре Изабель. В тот страшный для всего острова день Хорхе Алонсо покинул Гавану за пять часов до апокалипсиса. Перед отъездом ему выделили всего полчаса, чтобы попрощаться с родными. С невестой он так и не встретился — Бель была на дежурстве. Расстроенный Хорхе вернулся в казарму, и в половине шестого сводная рота курсантов трех военных училищ убыла в Санта-Клару.
Ядерный боеприпас разорвался над Площадью Революции в двадцать два тридцать. Вспышку над городом видели даже в Матансасе и Варадеро, а грохот взрыва докатился до соседних провинций. Вся территория острова к западу от Гаваны превратилась в зону сплошного радиоактивного заражения. Более миллиона погибших и, как минимум, столько же раненых: контуженых, переломанных, обожжённых, страдающих лучевой болезнью. Лейтенант Фернандес, побывавший там три дня спустя, рассказывал страшные вещи. С тех, кого извлекали из-под завалов, буквально слезала кожа, а на уцелевших стенах отчетливо выделялись силуэты заживо сгоревших людей.
Гибель столицы и уничтожение бОльшей части военного и политического руководства стало для страны катастрофой. Управление армией и государством нарушилось. Многие опустили руки, решив, что война проиграна… Многие, но не все…
Ожесточенные бои продолжались почти два месяца. Кубинские части сражались за каждый город, за каждый плацдарм, за каждый клочок земли от Гаваны до Гуантанамо. Вражеские десанты на Плайя Ла Бока, Анкон и Ранчо Луна сбрасывали в море трижды. Два раза отбивали атаки на Санта-Крус и Матансас, а легендарный Залив Кочинос и вовсе превратился в настоящее кладбище «морских котиков».
Но всё-таки силы были неравными, и, в конце концов, военная и технологическая мощь северного соседа взяла верх. Остров Свободы практически полностью перешел под контроль США. Последние защитники родины оказались заперты в горах Сьерра-Маэстра и близлежащих поселках. В других районах страны действовали немногочисленные и разрозненные партизанские группы, полное уничтожение которых являлось всего лишь вопросом времени. Надежда оставалось только на чудо…
— Наблюдаю движение.
— Где?
— Вправо двадцать, полкилометра. Слева от сейбы.
— Ага. Вижу… Похоже, что наши.
— Наши? А почему так рано?
— Дойдут, узнаем…
Мелькающие среди растительности фигуры оказались и вправду своими. Вот только сразу узнать, почему они прибыли раньше времени, не получилось. Разведчиков принял второй дозор, сменщики появились на лёжке спустя полчаса и на вопрос «Что?» только плечами пожали: мол, знать не знаем, ведать не ведаем, вся информация у командира.
Выяснить, что и как, удалось лишь в базовом лагере. База сворачивалась, отряд готовился к бою. Вести, которые принесла разведка, казались фантастикой. Тем самым чудом, на которое уже перестали надеяться.
Группа «товарища Рамона» за две недели преодолела более
